Лёд и пламень.

Лето выдалось странное. В Москве дым. На даче погибают любимые цветы. Грустить совсем не хотелось, но невозможно было не расстраиваться. Было жалко всех: задыхающихся людей, деревья со скрюченными листиками, растерянных птиц, расстроенную маму и себя немножко. Куда-то пропала радость, без ощущения которой я чувствую себя совершенно неполноценным человеком. Вобщем, это было грустное лето. Я, как всегда ждала чуда.

Думаю, что я выгляжу странно, когда говорю, что в моей жизни часто происходят чудеса. Люди к этому заявлению относятся с недоверием: «Фантазирует или выпендривается?» Ни то, ни другое. Просто мама учила меня с самого раннего детства относится к маленьким и на первый взгляд незначительным событиям, как к чуду. Если быть внимательным, то без труда можно заметить, как телефонный звонок, новое знакомство, случайная встреча может стать началом нового удивительного дела, перевернуть жизнь с ног на голову, подарить удивительную историю. Вот эта «случайность», эта точка в пространстве, это мгновение во времени я и называю чудом. А всё, что происходит потом — новая жизнь, новая реальность или новая сказка.

Днём самого грустного дня прошедшего лета маме позвонили от Ильи Авербуха  и назначили встречу. Мама механически согласилась. Обычно она долго разговаривает, обсуждает детали предстоящего дела, а тут вдруг сказала просто, что мы придём обязательно.

Мы пришли на каток в торговый центр «Европейский». По дороге уже обе хихикали и удивлялись: вот нас занесло. Обе точно знали, что поход наш ничем не закончится, потому что со спортом я ничего общего никогда не имела. На катке нас встретили Катя Цанава, Илья Авербух и Ксения Зубарева. Я надела коньки и выползла на лёд, держась за бортик. Тренер, которого тоже звали Илья, ничуть не удивился моему ползанию и сразу стал мне показывать какие-то шаги. Мама в этот момент совершенно легкомысленно высказывалась при Илье Авербухе о том, что шоу-то она, конечно, по телевизору смотрит, но совершенно не одобряет участие неопытных людей, типа меня, в подобных мероприятиях. Илья слушал с вежливой улыбкой. Потом сказал, что не нужно торопиться с выводами, что меня пока ещё никто не утвердил для участия в шоу, и что в такое дымное и жаркое лето неплохо походить на прохладный каток, поучиться с хорошими тренерами кататься на коньках. Тихо и интеллигентно усыпил мамину бдительность.

Мы стали ходить на каток каждый день. Хоть на часик, но мне очень хотелось покататься. Я смотрела на катающихся вокруг меня людей и не верила, что у меня когда-то получится хоть что-то из того, что делали на коньках обыкновенные посетители катка. Но как только у меня начало что-то получаться, я стала мечтать о том, чтобы всё это было не зря. С одной стороны было ужасно страшно, а с другой — восторг! Я такая была смешная — висела на тренере, как груша, еле семенила ногами, без поддержки не могла и шага сделать, но при этом уже видела себя участницей известного шоу. У мамы были другие мысли на этот счёт. Она напомнила мне, что «фигуристкой» я была всего два дня в жизни во время съёмок фильма «Свои дети», напомнила , с каким страхом я тогда стояла на льду и с каким трудом мне дались пару шагов в коньках, которые были необходимы для съёмок. Потом у нас состоялся честный разговор, после которого я поняла, что мама очень за меня боится. Боится травм, падений, синяков и переломов. Но тренироваться мы продолжали.

Через какое-то время маме позвонил Илья Авербух и сказал: «Не знаю, расстроит это вас или обрадует, но Лизу утвердили». Мама очень растерялась…

Начались тренировки на большом катке, и мне сказали, кто будет моим партнёром на проекте. Максим Ставиский… Я пересмотрела все ролики в интернете с его выступлениями. Впечатлилась очень. И страшно переживала, что он расстроится, увидев меня, подумает ещё: что за малявку ему подсунули.

На первую встречу с Максом я старалась нарядиться так, чтобы выглядеть постарше. Одежда такая взрослая, туфли на каблуках. Волновалась, не передать как. А Макс… Макс всегда оставался собой. Человеком увлечённым делом, бескомпромиссным, резким в оценках, безусловно талантливым, ярким, тонко чувствующим, страстным и очень переживающим за всё, что мы делали.

Я полностью ему доверяла с первой же нашей тренировки, старалась слушаться во всём и очень расстраивалась, что не могу соответствовать его уровню даже на  полпроцента. С самого начала мне очень не хотелось его расстроить, и я всегда ждала его похвалы. К стилю и темпу тренировок на самом шоу привыкнуть было сложно. Всё оказалось очень серьёзным, «детский сад» остался позади. Мне было очень-очень сложно, но я прекрасно понимаю теперь, что Максу было в сто раз тяжелее, чем мне. Сначала мне казалось, что он — такой лихой парень, и что ко всему будет относиться легко.  Но чем дольше продолжалось шоу, тем строже было его отношение ко мне, и я за это очень ему благодарна.

У меня болело всё. Никогда прежде у меня не было такой физической нагрузки. Даже ночью иногда просыпалась оттого, что сводило ногу. Тело не слушалось. Сто раз Макс на тренировке просил меня сделать одно и то же, а я умом понимала, но в сто первый раз мои ноги путались, руки крючились. Как ни странно, ни разу не возникла мысль, чтобы бросить всё. Мне очень сильно хотелось дойти до самого конца, хотя о призовом месте я даже и не мечтала. Рядом были все такие замечательные, трудолюбивые, целеустремлённые. Такие грациозные и талантливые девушки, такие спортивные ребята. Мама смеялась и говорила, что после проекта мы все будем встречаться, как братья, как люди, побывавшие в одном бою. Атмосфера сопереживания, взаимной поддержки, взаимопомощи — вот это то главное, что я запомню после проекта.

Для меня это была школа правильного отношения к людям в экстремальной ситуации. А уже сейчас после окончания проекта я могу с уверенностью сказать, что «Лёд и пламень» это самый экстремальный, самый волнительный, самый сложный и стрессовый проект в моей жизни. И самый любимый. Представить, что в самом начале я могла бы смалодушничать, испугаться и не принять в нём участие, сейчас было бы невозможно! Я пропустила бы много важного в жизни. Я стала по-другому относиться ко многим людям из шоу-бизнеса. Я увидела, какие сильные характеры были представлены на проекте. Я стала с невероятным уважением относиться к спортсменам. Это люди, которые умеют не жалеть себя и полностью отдаваться делу. В актёрской профессии именно этого иногда и не хватает.

Несколько последних танцев на проекте я танцевала с такой грустью внутри, будто у меня отнимают что-то, ставшее уже очень родным. Я представляла, что всё это скоро закончится, и даже плакала по этому поводу. Это было очень здорово, это было незабываемо! Я жду возможности встать на коньки, как самого большого подарка.

Не высказать в этом письме, которое итак уже становится очень длинным, всех слов благодарности нашим тренерам и хореографам. Маша Орлова, Лена Масленникова, — наши тренеры-постановщики на льду, Игорь Оршуляк и Слава Кулаев с Ларисой — хореографы. Александр Жулин и Илья Авербух  – талантливые удивительные люди. Они мучились с нами на катке и танцполе в любое время суток. Мне кажется, что они вообще не уходили с работы домой все эти месяцы. Они были для нас свободны всегда — днём и ночью. Им нужно было придумать для каждой пары танец каждую неделю. И не просто танец, а танец — на победу.

Как работали костюмеры на проекте! Каждую неделю новые костюмы для всех пар, да ещё с нашими нервами и капризами, с пожеланиями постановщиков, с нехваткой времени, рабочих рук и сил.

На проекте не было равнодушных людей. Самый неравнодушный, человек, отвечающий за всё на проекте — от глобальных вещей до самой последней мелочи — Илья Авербух. Он совершенно поразил моё воображение. Я вообще раньше таких людей не встречала. Он и продюсер проекта, и его художественный руководитель и вдохновитель всех его участников, и постановщик танцев. К Илье можно было подойти с любым, самым нелепым вопросом: «Илья, а какую причёску мне сделать на этот танец»? – и он всегда откликается на все твои проблемы, как на самые важные, тратит время и силы на всех, а кажется, что сил от этого у него становится еще больше. Всегда мягкий и доброжелательный, от души переживающий за всех участников, расстраивающийся до слёз из-за неудачного выступления пары, относящийся ко всем с одинаковым вниманием и пониманием. Для меня он — человек — открытие.

Всё, что я написала здесь — лишь тысячная доля впечатлений и эмоций после проекта. Параллельно шла другая жизнь: с утра были репетиции новой роли в театре Вахтангова в пьесе «Ивонна, Принцесса Бургундская» (режиссёр Владимир Владимирович Мирзоев) , иногда я успевала сходить в школу…

И вот сейчас я страшно скучаю. Завтра мы с Максимом присоединимся к гастрольному туру проекта. Для меня это – ОГРОМНАЯ РАДОСТЬ!